Искать
Говорят «Егоров» подразумевают «село»
Автор: Маргарита ЦУРИКОВА
04.10.2017
05:26
Так уж сложилось, что село Лебяжье Егорьевского района хоть у местных жителей, хоть у приезжих в эти места ассоциируются с Евгением ЕГОРОВЫМ. Быть может это и не совсем верно, когда территория с населением в полторы тысячи человек сводится к одному человеку, но факт остается фактом: говорят «Егоров», подразумевают «село», «хозяйство», «отрезок жизни». Еще бы, в следующем году будет 40 лет, как Евгений Михайлович вернулся в колхоз. Сначала главным инженером, а 23 года назад возглавил хозяйство. Это тот самый случай, когда уместной будет поговорка: «где родился, там и пригодился». И не просто пригодился, а вывел свое дело на новый уровень. Но обо всем по порядку.

IMG_1381.JPG

«Сними подвенечное платье»

61 год назад, в семье простого скотника и продавщицы сельпо родился мальчик. Назвали Женей. В семье было трое детей, поэтому жили как все: не велико. Был домашний скот, так что управляться с животными будущий руководитель хозяйства научился рано. С отцом бегал на колхозную ферму, наблюдал, как тот работает на тракторе, порой и помогал. Там-то и влюбился в технику. После школы видел для себя один путь – на мехфаке сельхозинститута. Туда и поступил, без протекций колхоза, своими силами.

- Я не представлял для себя работу ветврачем или зоотехником. А к железкам тянуло, - вспоминает Евгений Михайлович. – Поэтому и пошел на мехфак. 

Получив в 1978 году диплом специалиста, Евгений Михайлович вернулся в родную деревню. Хоть в городе и были свои плюсы – студенчество все же прошло там  – другой жизни для себя не представлял. И сразу же получил должность главного инженера колхоза.

- Расслабиться мне не дали, - улыбается наш герой. – На третий же день председатель сказал: «Давай, снимай подвенечное платье и начинай вкалывать!». Тогда в колхозе 500 человек было, инженер за многое отвечал. Только комбайнов в моем «подчинении» 50 штук было. К слову, сейчас те же площади всего 7 единиц обрабатывают. 

Сказать, что молодого начальника сразу приняли с распростертыми объятьями, будет лукавством. К огромной ответственности добавились проверки от подчиненных. Но «экзаменовали» как-то по-доброму. Все же специалист вырос на глазах у сотрудников.

- Помню, случай был: в одной из бригад поломка – трактор барахлит. Помощник подошел ко мне и говорит: «Михалыч, что-то понять не можем, что с трактором. Глохнет и все». Я говорю: «Надо топливный насос проверить». А они хитренько так смотрят со словами, что надо бы прям здесь и сейчас решить этот вопрос. Думаю: «Что ж такое?», а потом из практики вспоминаю подобный случай, разбираю подкачивающую помпу, а там пружины нет! Куда, говорю, ребята, пружину дели? Так что, конечно, и проверяли, и испытывали, куда без этого. Молодой же пришел. У инженера в те времена дел было выше крыши всегда. Что не случись – инженер виноват.

IMG_1440.JPG

Полная ответственность

Так и летели годы в делах да заботах. Колхоз слыл середнячком по советским меркам, но убыточным никогда не был. Хотя сейчас параллели проводить сложно. Экономика другая была.

- Помню годы, когда по 2 центнера с гектара собирали, засуха ужасная, - говорит Евгений Михайлович. – Зона такая. Сегодня в таких условиях остаться на плаву было бы крайне сложно. Хотя колхоз деньги считал. А вообще интересно быть свидетелем того, как все меняется. Даже природа. Последние года четыре климат изменился, стало значительно лучше с урожаями.

Но давайте вернемся в самые сложные, по признанию собеседника, годы. Перестройка и девяностые мимо Лебяжки не прошли. В 1994 году Евгения Егорова избрали председателем колхоза.

- Если честно, работу я эту знал и не шибко рвался, - говорит Евгений Михайлович. – Но я же вырос в этом селе, да и мужики сказали: «Давай!». А потом начались смутные годы. Но я все выдержал – жалко было дело бросить. А такое выдержать было не просто – рвали на части как щенят. С одной стороны, экономика пошатнулась: зарплату людям по три года не платили, с другой – энергетики всю кровушку выпили. С третьей – бригады в черных плащах приезжали. И каждый требовал свое, с каждым надо было договориться.

С энергетиками вопрос остро в девяностые стоял у всех колхозов. «Лебяжье» не исключение.

- В советское время счетчик стоял в Егорьевке, на Лебяжку шел фильтр, - объясняет Евгений Егоров. – Но тогда просто все было – свет стоил копейки, да и народ платил исправно. Что не заплатит – колхоз покрывал легко. А в 90-е никто платить не стал, а цены, тем временем, выросли до потолка. И на колхоз повалились миллионные долги только за электроэнергию. Пришлось в экстренном порядке счетчики ставить, разбираться с этим. Сложность 90-х годов была в том, что никто просто не понимал, как жить дальше. Цены улетели вверх на все, кроме продукции. Плюс налоги появились – колхоз знать не знал про эту статью расходов. Но человек ко всему привыкает, ко всему адаптируется. Просто начали внимательно смотреть на то, что рентабельно, от чего-то отказываться.

IMG_1392.JPG

Внутренняя перестройка

В свое время колхоз развивал несколько направлений: животноводческое (молочное скотоводство, свиноводство и овцеводство) и растениеводческое. На сегодняшний день из тех флагманов остались только молочка и полеводство.

Проблема 90-х была еще и в том, что люди, их отношение к работе, тоже изменилось. Конечно, остались бывалые, радеющие за свое дело. Но появилось и много тех, кто стал считать труд на селе чем-то зазорным. 

- Знаете, когда скажешь человеку 100 раз что он свинья, он и захрюкает. Посмотрите, что по телевизору показывают? Молодежь смотрит и верит, что так и должно быть. И это не пережиток именно того времени, сегодня не лучше, - сокрушается Евгений Егоров. - Что завтра будет – непонятно. Чем эту грязь, покажите лучше, что и токарь может хорошо жить, и сельхозник. А то только бандиты да офисные сотрудники на экране. Как итог, вузы выпускают пачками менеджеров, юристов да экономистов. В сельское хозяйство идут либо совсем уж идейные, либо от безысходности. Да и кто почувствовал быстрые деньги, торгуя в том же ларьке, он же за станок уже не пойдет, там, как ни крути, надо 8 часов от звонка до звонка отстоять. 

Но вернемся к нашим баранам. Собственно, из-за кадрового голода пришлось отказаться от свинофермы. С овцеводством, - а хозяйство держало 12 000 голов, - ситуация сложилась иначе.

- В те годы резко упала цена на шерсть. И не просто цена понизилась, а стало именно убыточным заниматься этим направлением, - вспоминает Егоров. – Стало понятно, что надо отказываться от овец. Но чабаны в овчарне работали очень хорошие, отказываться от них не хотелось. Вот и поехал в департамент по животноводству с вопросом – что делать дальше, на что заменить поголовье. Там тогда Корягин работал. Он говорит – бери мясной скот по лизингу. Так началась история мясной фермы.

Сначала купили 75 «мясных» телок в «Чарышском» Усть-Калманского района, чтобы мужики без дела не сидели.

- Когда только начинали заниматься герефордами, держали скот в соломенных «коровниках», - вспоминает Евгений Михайлович. - По сути, скот неприхотливый, кардинально на продуктивность тогда это не влияло. Но и развития не было. Не было такого Плешакова (Владимир Плешаков, сегодня директор Ассоциации племенного мясного скотоводства Алтая, генеральный директор ОАО «Племпредприятие «Барнаульское» - прим. авт.), который бы загорелся этим делом. По стаду ходил бык, но толку особого не было. От молочной коровы хоть молоко и теленка можно получить, а тут один теленок, и то, если бык расстарается. Смотрел я на это дело и уже хотелось руки сложить. Но пришел в это время в хозяйство главный ветеринарный врач – Василий Телешев. По сути, он-то и подал идею возродить стадо герефордов, вывести его на новый уровень. На него основная ответственность за животных легла. Плюс на ферму пришел работать Василий Гулаков, местный самородок. С пеленок, можно сказать, в животноводстве. Пришел механизатором, но я его почти сразу на ферму определил. Так он сразу «заболел» герефордами. Вызвали Плешакова, он тогда в департаменте животноводства был, но с мясным скотом еще не работал. Посмотрели мы все вместе на стадо, закатали рукава и начали работать: провели первую бонитировку (в мясном скотоводстве это было «ноу-хау»), выбраковали половину - и понеслась.

IMG_1460.JPG

Мясное царство

ООО «Лебяжье» стало одним из первых хозяйств в крае, где начали искусственно осеменять герефордский скот. Все для того, чтобы улучшить генетику. Позже, совместно с еще двумя хозяйствами – ООО «Колос» Локтевского района и ООО «Фарм» Целинного, - объединились в ассоциацию.  

- Как раз заработала программа по развитию мясного скотоводства, она дала огромный толчок вперед. Да и одному хозяйству, да еще с такой нехваткой кадров, очень сложно заниматься интенсификацией производства, - считает Евгений Егоров. – А тут специалисты ассоциации полностью взяли на себя воспроизводство, селекцию, учет, мы только «первичкой» занимаемся. По мне, так и должны работать современные хозяйства. Это правильный современный подход.

Нацеленность была на получение племенного статуса. Первый – репродуктора по герефордской породе – получили в 2008 году. Три года назад пошли на повышение – стали племенным заводом

- Мы многое для этого сделали. Во-первых, завезли генетику из Канады, Финляндии. Самолетами телок и быков везли. Своих, алтайских, до ума довели. Последние несколько лет активно занимаемся трансплантацией эмбрионов канадской селекции – эффект очень быстрый. Разумеется, в кошарах такой скот содержать было нельзя, поэтому с нуля начали строить ферму. 

Все строительство ведется с соблюдением технологических тонкостей, присущих интенсивному ведению мясного скотоводства. Хозяйство одним из первых в крае построило современный раскол, совмещенный с осеменаторским и ветеринарным пунктами. Запущено несколько кормовых столов с поилками под навесом, с подогревом и освещением, построены коровники. На очереди прокладка асфальта, силосные траншеи, домик для работников и еще один кормовой стол. Через пару лет маточное поголовье с 450 голов должно вырасти до 600. Поэтому лучших телок оставляют на ремонт.

- Конечно, растениеводство сегодня – самое рентабельное направление в сельском хозяйстве, - признается Евгений Егоров, - Можно было бы как многие фермеры делать: посеял-убрал и в Таиланды загорать. Но этот путь не для нас. Да и условия суровые – чуть только неурожай, и все, убытки пошли. У нас вот в этом году град прошел – 1500 гектар пшеницы в асфальт закатал. Зато корма хорошие заготовили, справимся. Чем больше кубышек, в которых «деньги», тем выше шанс оставаться на плаву. Так и живем.

IMG_1444.JPG

***
От автора

Такие люди, как Евгений Михайлович, – настоящая находка. В нем удивительным образом сочетается самобытность, юмор, обаяние и деловая хватка, обрамленное во  врожденное чувство собственного достоинства. С ним невозможно находиться рядом и не улыбаться. У Евгения Егорова огромный запас колоритных историй, правда, не все их можно поместить на страницы «Алтайской нивы». Был бы рядом современный Шукшин – вдохновился бы на сборник рассказов. Побольше бы таких людей, и жизнь была бы намного краше! 

Возврат к списку

Родными стали поля и люди
Люди
16.10.2017
05:24
Автор: Елена САБЛИНА
О работе крестьянина и депутата рассказывает фермер Анатолий Эйхман
Говорят «Егоров» подразумевают «село»
Люди
04.10.2017
05:26
Автор: Маргарита ЦУРИКОВА
В следующем году будет 40 лет, как Евгений Егоров вернулся в колхоз.
Председатель Александр Малявкин
Люди
20.09.2017
07:49
Автор: Елена НЕСТЕРЕНКО
В этом году Александр Петрович отмечает 20-летний юбилей в должности руководителя сельхозкооператива
Дорога «Верного пути»
Люди
12.09.2017
07:00
Автор: Маргарита ЦУРИКОВА
Как управлять сельхозпредприятием, если ты - женщина
По затратам и результаты
Люди
14.08.2017
12:56
Автор: Ольга БАРСУКОВА
Как сегодня идут дела в одном из ведущих хозяйств Егорьевского района рассказал глава КФХ «Наука» Валерий АБРОНОВ.
«Miele» означает мёд
Люди
09.08.2017
13:50
Автор: Мария ЧУГУНОВА
Визит французских пчеловодов на Алтай.

Цифра дня

Свыше 940 тыс. тонн
сахарной свеклы накопали алтайские аграрии, по данным на 19 октября.
сахарной свеклы накопали алтайские аграрии, по данным на 19 октября.