Завершилась 14-я конференция сторонников технологии No-Till. Клуб «Амиготерра», впрочем, как и сама нулевая технология, раскрывается постепенно, и также требует внимания и терпения.
Всего и сразу на площадках клуба в АГАУ нипочем не охватить. Для новичков здесь, как полагается, работает школа No-till – «полочки с азами».  Для практиков высокого полета – узкоспециализированные сессии. В общем, 7 открытых деверей – входи в по интересующим вопросам в любую.

Слово мастера

Что такое Клуб сторонников No-Till в принципе. Это когда за одним из трех круглых столов берет слово Владимир Васильцов, а остальные слушают его, славно отца родного. Исписывают при этом блокноты.

Легендарный фермер из Мамонтовском района разбирает нулевую технологию по косточкам: говорит о наиболее уязвимых местах, о тонких настойках в работе с покровными культурами, о точных дозировках определенных препаратов. Об одних только корневых гнилях – 10 минут рабочих аргументов – бери и внедряй. Если конечно сможешь?

Завершается круглый стол, в коридоре толпятся аграрии, снуют студенты. И на тебе – все тот же Владимир Васильцов – стоит, а люди обступили его кольцом – слушают. И круглый стол продолжается.

Или Александр Харченко – гость клуба, ученый-агроном и гендиректор ГК «Биоцентр» из Ставрополья, берет и буквально рвет шаблон. Пошагово рассказывает, как получить на No-till пшеницу при себестоимости в 4-5 рублей вообще без «минералки», но с минимальными листовыми подкормами, и прейти к сопоставимой урожайности.  

Внимательно слушая мастеров, понимаешь – почему они мастера. Прислушиваться в клубе умеют.

Аргентинский филиал

Напомним, откуда вообще взялся клуб. По словам Андрея Фоменко, алтайская «Амиготерра» – по большому счету, филиал аргентинского клуба с таким же названием. Вот и Андрей Владимирович решил дать его своей профильной агроснабженческой компании.

«В Аргентине «Амиготерра» действует по всей стране. И носит больший смысл, нежели у нас. Мы старались создать его у нас с такими же целями. Проехали вдоль полей 4 тысячи километров… Видели бы вы, как наши фермеры «пытали» аргентинцев, как «допрашивали». Переводчик едва успевал.

Сначала многое не получилось. Делали отчаянные ошибки, учились на них, – продолжает Андрей Владимирович. – Те кто «выжил», взялся за дело системно, подходил с умом и терпением – те встали на ноги».

No-till строг и не прощает ошибок, не терпит вольностей. На «классике» проще исправить огрехи:  запахал, зачернил, пересеял в крайнем случае. А здесь нужно ждать, понимая что «растим» мы прежде всего саму почву.

«Представляете, сколько раз наша земля была вспахана еще в советское время, сколько она потеряла. И вдруг ты перестаешь ее пахать, понятно что может тут же осесть и уплотнится, ведь ее структура нарушена, – продолжает Андрей Фоменко. – А тут еще мы со своими ошибками…

Аграрий ведь волен нарушать правила: что захотел, то и посеял. Тогда нужно правильно работать с коневыми системами и заранее продумывать стратегию защиты растений.

Знали ведь изначально, что сеять нужно в диагональ относительно прошлого года. Раз прошли – положили эти «ниточки», на следующий год – опять по ним. Удобно же! Поля ровные. В итоге «натоптали» участки тракторами, грузовиками, опрыскивателями, комбайнами – и так натаптывали, что на 30% поля ничего не всходило.  То есть, проезды пути следования техники нужно постоянно и равномерно менять… Рассчитывали, что «мороз-воевода» эти участки разуплотнит. Оказалось, разуплотняет он почву именно там, где была влага. Но откуда ей взяться уплотненном участке?».

Лишь у единиц получалось все и сразу как положено, шаг за шагом. Среди них – вышеупомянутый Васильцов.  

«Все потому что Владимир Алексеевич – изначально ветеринар. В животноводстве он отлично усвоил,  что нарушать любую технологию нельзя. Нарушил схему лечения животных – пошли бактериозы, пропало молоко. То есть у Васильцова никогда не было вольного отношения к No-till. Он просто не мог этого себе позволить», – рассказывает Андрей Фоменко.

Другой яркий пример – Евгений Долгов (фермер из Ребрихинского района), который изначально влюбился в эту технологию и заразил своим энтузиазмом очень многих. И научил.  

Долговский след

Индивидуальный предприниматель Николай Лавров в нулевой технологии – новичок. И начало, по его словам, хорошее.

Работает небольшое предприятие в окрестностях села Рогозиха Павловского района на 1800 гектаров. Стартовали с 2016 года, а к No-till пришли три года назад, сразу и всецело.
В сельское хозяйство Николай Лавров пришел из переработки – то есть, от обратного.

«Мы и тем и другим занимаемся. Растим пшеницу (35 ц/га в 2025-м), лен (17 ц/га) и сою (20 ц/га). На двух последних – зарабатываем, но сами их не перерабатываем, – говорит Николай Алексеевич.  – Переработка у нас – подсолнечник и рапс. Их закупаем».

Сейчас в  Павловском районе на поприще No-till – ИП Лавров – единственный. Чего не скажешь о соседнем Ребрихинском. Здесь то «долговский след» и прослеживается.

«Мы как новички, постоянно ездили по семинарам, нащупывали свое направление. У Евгения Алексеевича Долгова опыт стали перенимать. Много лет на его поля выезжаем, много общаемся. И сделали выводы,  – продолжает Лавров. – Взялись за No-till даже несмотря что до этого уже вложились в другую технику. Часть докупали, перепродавали.

Рентабельность на No-till по производственным результатам Николая Лаврова оказалась выше. Устранили кадровые пробелы.

«No-till меньше людей нужно – в 12 человек справляемся. Коллектив взаимозаменяемый, зимой на переработке люди работают. Это тоже выручает, – отмечает Лавров. – Проседаний по урожайности при приходе мы не ощутили. Ждали эту «яму»,  но в итоге – не топали в нее. То же самое с сорняками. Ожидали, что их станет  больше – в итоге вышло наоборот. Видимо, потому что по «классике» мы у сорняков корни резали, ворошили их семена. По No-till за год- как следует все  протравили, и несмотря на влажные годы сорняк нас сильно не беспокоил».

Нулевой стимул

У входа в школу No-till встречается Николай Странцов, все из того же Ребрихинского района. Спрашивает риторически: «Освоил ли я базовую программу?».

Ироничный взгляд и скепсис к происходящему в отрасли – в этом Николай  Николаевич.  Вскоре он рассказывает, как сам взялся внедрять элементы No-till еще в далеком 2007 году: о первой сеялке прямого высева, постепенном отказе от мехобработок. Как подбирали парк и точили технологию.

90% от нынешних 5000 га в ООО «Стимул» – это прямой высев в стерню. 8 культур в севообороте, 10 полей примерно одного размера, чтобы было удобней чередовать и расставлять культуры по канонам No-till.

Сходить с этого пути, пройдя вот уже 18 сезонов, фермер не намерен. Не одной из встреч клуба за эти годы он пропускал.

«Разворачиваться не планируем, наоборот – глубже погружаться. Например, сейчас стали появляется сорняки, которых я 10 лет не видел. Даже лён стал болеть – его надо правильно защищать, не говоря уже про другие культуры. Все это требует прежде всего учебы. Нельзя замыкаться в мысли, что все знаешь», – из сказанного Николаем Николаевичем.

2025 год «Стимул» завершил  с громадной валовкой, при средней урожайности в 29 ц/га. Только вот денег от этого больше не стало. И в бюджет на 2026 год, который хотелось бы видеть, ребрихинский фермер не вписывается.

На грядущий сезон 40 млн потребуется только на химию. И все ровно расходов при No-till получается поменьше.  

«Расход горючего меньше. На нашу площадь, если не рассматривать наемные машины, то в 80-90 кубов дизтоплива в год мы укладываемся. Если на 5000 разделить – это меньше 20 литров на гектар.  
Зарплаты имеют значение, а людей нам требуется меньше. Амортизация техники, которую каждый по-разному считает, но допустим, человек осеннюю глубокую обработку проводит, а у него 4-5 тракторов поля  «утюжат» в две смены: солярка рекой, запчасти, износ орудий – все это серьезные деньги».  

Говоря о значении No-till в годы засухе Странцов припомнил 2012-й. Тогда «нулевики» Ребрихинского района увидели около 12 ц/га, а соседи на «классике» – по 6-7 ц/га.

Однако последние четыре года, глядя на излишки осадков фермер прямо говорит – уж лучше бы подсушивало. «Меньше «буксовать», да, меньше урожай при  засухе, но и цена  на него выше», – заключил  Странцов.

Эксперименты Вишнякова

Однажды зимой, когда под нулевой технологией были еще не все поля, Вячеслав Вишняков взялся проверить – насколько промерзла земля, и что при этом происходит под мульчей. Взял рыболовецкий ледобур, линейку и поехал смотреть.

На обычном поле при рассверливании земля хрустела как лед на всю глубину бура. Но едва вскрыл поле No-till неподалеку – из отверстия повалил пар. Земля была талой и микробиология в ней даже в сильный мороз под снегом и ковром из мульчи – живая и в деле.

Вот уже 5 лет как в ПТ «Цалис и компания» Целинного района (ПТ означает полное товарищество – прим.), соучредителем которого является Вячеслав, абсолютно все земли возделывают по No-till. Начинали 10 лет назад.

«Надо было даже раньше переходить. Лен, например, давно возделываем. Если раньше давал 11-12 ц/га, то теперь с переходом на No-till пришли к 18-20 ц/га, – продолжает Вячеслав. – При этом стало проще и легче работать. Есть резерв влаги. Тракторный парк по осени «бить» не надо – солярка, как в прорву летит. По весне обработку мы делаем одну. «Классики» культивируют, а мы – глифасатом работаем. Вот и вся разница».

В хозяйстве ПТ «Цалис и компания» всего 1400 га. Возделывают 6 культур – всего помаленьку.  Из особенностей: занимаются викой и эспарцетом, причем без животноводства, а растят их именно на семена, и чтобы привлечь больше опылителей. Еще одна важная культура – кукуруза. Занимаются ей не столько ради экономики, сколько из-за глубины корня, и пожнивья. В этом году культура вымахала в 3 метра.

«Клуб No-till – просто отличая идея. Как минимум теоретически себя подковать. Заходить в воду не зная броду – не вариант», – говорит Вячеслав.

Не так давно Вячеслав Вишняков даже вел ютюб-канал, через который транслировал свои полевые опыты. Выпустил серию роликов «Невидимый посев льна». Включая инженерную смекалку он сам вносил изменения в конструкцию рабочие органов, чтобы было легче прорезать ковер из мульчи при посеве, рассказывал и много другом.

Сезон-2025 в товариществе «Цалис и компания» закрыли с плюсом. Причем без кредитования. Пшеницу получили «тройкой». Мукомолы сейчас сами звонят и просят отдать.

**
P.S.
Подслушал невольно разговор студентов.

Один: «Кто все эти люди»?

Второй в ответ: «Это странники No-till».

Первый: «А что это за зверь?»

Второй: «Ха! Как ты вообще здесь учишься – если не знаешь?»

А кто знает: Васильцов, Странцов, Догов и еще полтора десятка человек в крае...

Даже среди опытнейших аграриев – не все знают, могут, или, если хотите, рискнут «поставить на зеро». Тем кто решается, порой приходится обнять себя за голову, только чтобы не распахать все к черту.

Можно долго взвешивать плюсы и минусы No-till, но одно очевидно – на Алтае, во многом благодаря клубу Амиготерра, это теперь большой и долгосрочным аграрный тренд.

И вот это значит на практике: задал вопрос в краевой Минсельхоз, и выяснил что энергоресурсосберегающие технологии (первая из которых No-till) в Алтайском крае в 2025 году применяли на 4,2 млн гектаров площадей. И там под мульчей по-настоящему оживает земля.