В словарях слову «страда» дается такое определение: напряженная летняя работа на полях (в период косьбы, жатвы, уборки хлеба), а также время, пора такой работы. Но если говорить о нынешней страде, то так и хочется придать ей значение «страдание», потому что выдалась она чрезвычайно утомительной и плохо предсказуемой по итогам.

Летом в редакции сложилась уникальная ситуация: мы лишь однажды выехали в поле на уборку пшеницы, и то после долгих переговоров с сельхозпроизводителем. Проблема заключалась как в плохой погоде, так и в трудностях с реализацией, из-за чего настроение земледельцев зациклилось на отметке «ноль». Мы с пониманием относились к тревожной ситуации и не давили на аграриев просьбами о встрече. Где-то в конце сентября к нам заглянул поздороваться известный всему району фермер, заодно коротко отчитался: «Урожай собрали, железки ломаются, склад купили, цены нет». Мы ухватились за возможность контакта: «Так, может, приедем, на месте все покажете и расскажете?» Фермер наш, будучи от природы великолепным рассказчиком, всегда готовым к общению, на этот раз лишь вежливо улыбнулся, попрощался и вышел. Мы расценили это как нежелание жаловаться и поняли, что наше представление обо всех сложностях далеко от истинного.

Герои полей

В «Мамонтовское» на уборку мы тоже не попали, хотя и договаривались с руководителем еще по весне. Встреча состоялась постфактум, и то потому, что генеральный директор Николай Маньшин с уважением относится к нашей миссии. Более того, он ценит человека труда и готов публично говорить о тружениках добрыми словами.

Когда мы приехали, мамонтовцы готовили технику на постой.

Первого героя мы встретили на улице — это старейший по возрасту и опыту механизатор хозяйства Владимир Беляев. Он всю жизнь в сельском хозяйстве, на предприятии трудится примерно с 2000 года. Колхозник еще той, старой закваски, сейчас таких нет. Готов не за рубли работать, а за совесть, потому что так воспитан. Ему подвластны и трактора, и комбайны. В поле с ранней весны до поздней осени: пашет, сеет, убирает.

Ивана Копылова мы застали в бытовке. Поработав на улице, он согревался горячим чаем. Передовик производства, Иван в паре с бригадиром уже много лет выходит и в дневную, и в ночную смены, весной сеет все виды культур, осенью на комбайнах сам же их убирает. На предприятие устроился в 2016 году и был тогда еще совсем молодым человеком. В какой-то момент уволился и ушел работать на подстанцию водителем, но вскоре вернулся — тяга к земле и технике оказалась сильнее.

С бригадиром Александром Щербининым мы познакомились в мастерской: сезон ухода за землей-кормилицей завершился, наступил черед подготовки сельхозтехники к весне. В момент нашего визита земледелец кружил вокруг старого друга — бульдозера Т-4. Ходовая часть была разобрана, и Александр Петрович чистил, смазывал и заменял ее составляющие. После ремонта к бульдозеру будет прикреплен отвал, что позволит зимой пробивать дорогу в населенном пункте.

Вообще Т-4 — один из самых известных гусеничных тракторов Советского Союза. Он широко использовался при выполнении тяжелых сельскохозяйственных и строительных работ в трудных условиях бездорожья. Выпускался на Алтайском тракторном заводе.

Мамонтовскому полевому труженику уже 37 лет, и он единственный способен справиться с плотными снежными заносами. Пока его реанимируют год от года, причем запчасти изыскивают по своим каналам: есть умельцы, которые реставрируют, в частности, катки для ходовой и потом продают. Но как ни старайся, а ресурс Т-4 не вечен. Выйдет окончательно из строя — замены нет. И такого специалиста, как Александр Петрович, тоже уже не найти, поскольку, кроме него, никто не умеет управляться с бульдозером советского происхождения.

Сдаваться нельзя

В нынешнем году, по сравнению с пятилетними данными, ценовые качели, конечно, аховые. Вот только три цифры: в 2020 году зерно 3-го класса стоило 17,5 руб./кг, на солярку тратили 35 руб./л, трактор К-700 можно было купить за 9,5 млн рублей. 2025 год: зерно — 10,5 руб./кг, солярка — 72 руб./л, трактор К-700 — 16 млн руб. Другими словами, цены на производные, от которых зависит сбор урожая, поднялись до немыслимой высоты, на продукцию же, напротив, упали до минимума. В таких условиях говорить о рентабельности малого бизнеса не приходится.

В «Мамонтовском» вырастили и убрали ячмень, гречиху, подсолнечник и чечевицу. Николай Николаевич констатирует:

— Урожай собрали ниже, чем в прошлом году, процентов на 30, потому что до середины июля не было дождей. Средняя урожайность пшеницы и подсолнечника — 20 ц/га. Для нас это не самый плохой результат, но ценовая политика неутешительная. Если бы были цены на урожай… Все лежит на складах. Сдаем только по необходимости, чтобы зарплату выплатить и кредиты закрыть. Последний раз, допустим, пшеницу сдавали фуражную по цене 7,2 руб./кг.

В таких условиях любой руководитель почувствует горечь и разочарование. Но опустить руки — решение неприемлемое. Гендиректор считает, что сдаваться нельзя: во-первых, для него самого земледелие стало делом всей жизни; во-вторых, есть ответственность за несколько десятков человек, которые растят хлеб. Так что на сельхозпредприятии уже готовятся к весне, в частности составили карту посевных площадей. Пока приняты во внимание следующие моменты. Первый — упор на подсолнечник, поскольку это наиболее маржинальная культура, на которую несколько лет держится более-менее стабильная цена. Второй — отказ от чечевицы, потому как выращивать ее проблемно и затратно, а цена свалилась с 80 руб./кг в прошлом году до 30 руб./кг в нынешнем. Третий — ячмень: хоть цены и не имеет, сеять его будут, так как на предприятии есть собственная переработка.
Вот такие планы в ООО «Мамонтовское». Плюсом к ним теплится надежда, что на государственном уровне будут приняты решения, поддерживающие аграриев.
Фото автора.